Сегодня стартапы являются одной из основных угроз для корпораций. Небольшие молодые компании способны за короткий промежуток времени создать не менее глобальный продукт, чем огромная опытная корпорация. Во времена, когда инфраструктура интернета была менее развита, чтобы выйти на глобальный рынок, необходимо было нанимать большое количество людей в штат, что часто становилось главным ограничителем развития предприятия. В современных реалиях стартап может заказать производство в Китае, нанять мировую дистрибьюторскую компанию для продажи продукта или просто выложить товар на Amazon и осуществлять такую же глобальную экспансию, как и корпорации, но без нескольких десятков тысяч работников и сопутствующих проблем.

Модель реальных опционов

Подтверждением того, что стартапы активно наступают на пятки крупным игрокам рынка, является также средний возраст современных корпораций. Если еще 20 лет назад он достигал 50 лет, то сегодня большие компании исчезают через 15 лет, а иногда и раньше, и размер здесь не играет никакой роли. Поэтому нивелировать и хеджировать риск корпорациям необходимо посредством сотрудничества, а также регулярного анализа стартапов и конкурентной среды для того, чтобы превращать угрозы в возможности для собственного развития.

Самым выгодным вариантом сотрудничества корпораций и стартапов (причем, для обеих сторон) является модель реальных опционов, когда компания покупает в стартапе опцион в обмен на большую финансовую помощь от $500 у до $5000 в месяц и берет право на использование, тиражирование продукта или покупку доли в стартапе. Опцион – это не право, а только возможность купить долю в стартапе, которой корпорация может как воспользоваться, так и проигнорировать. Для крупных компаний целесообразно создавать портфели реальных опционов – стартапов, которые несут потенциальную угрозу. Как только стартап становится успешным, корпорация может превратить опцион в долю или воспользоваться правом на тиражирование продукта с выплатой процента стартапу, производя так называемый spin out и делая стартап своей дочерней компанией. Таким образом, корпорация не теряет рынок из-за стартапа, а, наоборот, приобретает новых клиентов и покупателей.

Можно, конечно же, выбрать и другой путь: например, заняться шпионажем, попытаться скопировать технологии или создать их самостоятельно. Но опыт передовых мировых компаний показывает, что такая модель не работает, а самый лучший результат дает создание и управление портфелем реальных опционов небольших инновационных компаний.

Удачный момент

Природа венчурного рынка и рынка реальных опционов работает по-разному. В венчурной модели еxit-стартапа M&A (слияния и поглощения, – ред.) происходят где-то через 7 лет. Фонд инвестирует в стартап, делает из него глобальную компанию и потом продает корпорациям за большие деньги. Модель реальных опционов помогает крупным компаниям сэкономить финансовые и временные ресурсы. Здесь корпорация сама финансирует стартап, превращая его в дочернюю компанию за 2-3 года. Таким образом, вместо того, чтобы покупать M&A стартап за $1 млрд, можно вложить в него $1 млн.

Лучший момент для «поглощения» корпорацией молодой компании – переходный, когда стартап из лаборатории, занимающейся поиском уникальных решений, превращается в системную компанию. Основные трудности  сотрудничества стартапов и корпораций возникают именно на начальном этапе. Самое сложное – договориться и отыскать оптимальный баланс партнерских отношений. Поэтому создание эффективной инфраструктуры для обмена информацией между корпорациями и инновационными компаниями сейчас – на повестке дня.

Стоит отметить, что реальные опционы одинаково выгодны и стартапу, и крупной компании. Находясь в портфеле опционов, стартап не обязательно живет по внутренним правилам корпорации. Он остается отдельной компанией, и корпорация, как правило, не вмешивается в операционное управление, а преимущественно занимается менторством. Главное, что может дать корпорация стартапу, – быстрый рост, ведь у нее уже налажена дистрибьюторская экосистема.

«Черный лебедь»

Для крупных корпораций молодые инновационные компании – «черный лебедь», способный резко изменить рынок и правила игры. Однако для корпорации модель реальных опционов является беспроигрышной. За счет хеджирования рисков, она остается в плюсе и при успехе, и при неудачном исходе стартапа. Если стартап становится успешным, корпорация может в любой момент реализовать опционы и выкупить долю в стартапе, сделав его своей дочерней компанией. Если же стартап не срабатывает, преимущества все равно налицо: корпорация не теряет кусок рынка, который бы мог переключиться на продукт стартапа. К тому же, она сохраняет свой прежний рынок, не рискуя его потерять, внедрив инновационный продукт сразу.

У реальных опционов есть четкая модель расчета стоимости. Нужно понимать, что корпорация должна искать не те стартапы, которые в состоянии сами монетизироваться. Потенциальные компании, из которых можно построить портфель реальных опционов, следует анализировать с точки зрения того, какую дополнительную стоимость они способны принести корпорации, когда она начнет продавать продукт или интегрировать технологию стартапа в свои продукты. Стартап занимается развитием продукта, а цепочка производства, продаж, управления выручкой и прочее остаются внутри корпорации. Нельзя покупать стартапы, работающие, как отдельный бизнес, так как это уже модель M&A, а там работают другие законы и другая экономика.

В Украине пока успешных примеров налаженного сотрудничества со стартапами нет, поскольку корпорации не чувствуют угрозы от малых инновационных компаний. Однако эта тенденция сейчас начинает меняться. Я думаю, что в ближайшие 5-7 лет корпорации начнут создавать портфели реальных опционов и будут системно финансировать стартапы, чтобы получить новые качественные продукты или оптимизировать риски от «черного лебедя».

Евгений Саранцов, управляющий партнер Technology Companies’ Development Center

 

Добавить комментарий